Прямые и косвенные убытки

Понятие и виды убытков

Убытки — это неблагоприятные имущественные последствия (потери), выраженные в денежной форме. Их понятие в законе раскрывается через понятия реального ущерба и упущенной выгоды (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Существуют и другие виды убытков, в основе классификации которых лежат разные критерии. Так, помимо реального ущерба и упущенной выгоды можно выделить, в частности, абстрактные и конкретные, прямые и косвенные убытки.

Реальный ущерб и упущенная выгода

Реальный ущерб включает в себя (п. 2 ст. 15 ГК РФ, п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25):

  • расходы, фактически понесенные для восстановления нарушенного права (например, на ремонт);
  • будущие расходы, которые придется понести для восстановления нарушенного права;
  • утрату имущества. Под утратой имущества следует понимать не только фактическую утрату в результате, например, сноса, но и лишение права владения, пользования и распоряжения (Определение Верховного Суда РФ от 14.08.2018 N 50-КГ18-14);
  • повреждение имущества, которое повлекло уменьшение его стоимости по сравнению со стоимостью до нарушения обязательства или причинения вреда имуществу (в том числе утрата товарной стоимости). Если для устранения последствий повреждения вы, например, закупили новые материалы, расходы на них по общему правилу также включаются в состав реального ущерба, даже если стоимость имущества увеличилась по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Упущенная выгода — это неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (п. 2 ст. 15 ГК РФ, п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25). К упущенной выгоде относятся также доходы, которые получило лицо, нарушившее ваше право (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 ГК РФ, п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7). Однако это не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на такие меры и приготовления (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25).

Вы можете потребовать взыскания упущенной выгоды, если, например, не получили доходы в виде арендной платы, поскольку не смогли сдать имущество в аренду из-за того, что арендатор вовремя его не возвратил. При этом в отношении такого имущества вы заключили предварительный договор с третьим лицом (см. Постановление Президиума ВАС РФ от 21.05.2013 N 16674/12 — суд учел, что после возврата имущества арендодатель заключил договор аренды с лицом, которое было стороной расторгнутого предварительного договора).

Абстрактные и конкретные убытки

Закон не содержит понятия абстрактных и конкретных убытков. Однако в нем закреплены абстрактный и конкретный методы расчета убытков. В частности, их предусматривает ст. 393.1 ГК РФ о возмещении убытков, причиненных досрочным прекращением договора в связи с нарушением его должником (п. п. 1, 2 ст. 393.1 ГК РФ).

Возмещения конкретных убытков вы можете потребовать, если после прекращения нарушенного договора заключили замещающий его договор. В этом случае убытки рассчитываются как разница между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары (работы, услуги), предусмотренной замещающим договором (п. 1 ст. 393.1 ГК РФ, п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7).

Если замещающий договор не заключался, то убытки могут определяться на основе разницы между ценой нарушенного договора и текущей ценой на сопоставимые товары (работы, услуги) (п. 2 ст. 393.1 ГК РФ, п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7). В таком случае они являются абстрактными.

Прямые и косвенные убытки

Легальные определения прямых и косвенных убытков тоже отсутствуют. Однако в нормативных актах эти понятия упоминаются, например в ст. 143 КВВТ РФ.

Прямые и косвенные убытки выделяются в зависимости от характера причинно-следственной связи между возникшими убытками и нарушением.

Если убытки являются прямым следствием нарушения обязательства или вред имуществу причинен непосредственно и исключительно правонарушением, такие убытки являются прямыми и подлежат возмещению.

Если убытки вызваны не столько правонарушением, сколько другими сопутствующими обстоятельствами или связаны с неисполнением обязательства лишь косвенно, отдаленно, речь идет о косвенных убытках. В таком случае причинная связь недостаточна. Поэтому представляется, что косвенные убытки не должны возмещаться.

В результате каких действий могут возникнуть убытки

Обычно убытки возникают в результате неправомерных действий нарушителя (в частности, неисполнения или ненадлежащего исполнения договора). Например, ущерб возникнет, если в результате некачественно выполненных строительно-монтажных работ в здании произойдет просадка грунта в основании фундамента, из-за чего появятся трещины в стенах здания.

Однако убытки могут возникнуть и в результате правомерных действий. Такой вред подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (п. 3 ст. 1064 ГК РФ). Например, в порядке, который предусмотрен законом, подлежит компенсации ущерб, причиненный правомерными действиями публичных органов или должностных лиц этих органов (ст. 16.1 ГК РФ). В частности, вы можете потребовать предоставить возмещение за земельный участок, изымаемый для государственных или муниципальных нужд (п. 6 ст. 279, ст. 281 ГК РФ).

Соотношение понятий «убытки», «ущерб», «вред»

В законе эти понятия не разграничены. В судебной практике и юридической литературе нет единой точки зрения относительно того, совпадают ли они.

Полагаем, что термины «убытки» и «ущерб» являются базовыми для договорных отношений, а термин «вред» — для деликтных обязательств, которые так и называются — обязательства вследствие причинения вреда (гл. 59 ГК РФ).

В то же время в одних ситуациях термины «ущерб», «вред» можно рассматривать как эквиваленты понятию «убытки», в других — как разные по объему и содержанию понятия.

В частности, термин «ущерб» в большинстве статей Гражданского кодекса РФ употребляется в значении реального ущерба, который является составной частью убытков. Например:

  • возмещаемый перевозчиком ущерб, причиненный при перевозке груза или багажа (п. 2 ст. 796 ГК РФ);
  • ущерб, в пределах которого при определенных обстоятельствах возмещаются чрезвычайные расходы на хранение (п. 2 ст. 898 ГК РФ);
  • ущерб, причиненный имуществу комитента, находящемуся у комиссионера (п. 2 ст. 998 ГК РФ).

При этом в ряде случаев термин «ущерб» используется в нормативных актах в общеупотребимом значении потери, убытка, урона (см. «Словарь русского языка», Ожегов С.И.). Например, ущерб, который не должен наносить окружающей среде собственник при владении, пользовании и распоряжении землей и другими природными ресурсами (см. п. 3 ст. 209 ГК РФ).

Вред в общеупотребимом значении — это ущерб, порча (см. «Словарь русского языка», Ожегов С.И.). При этом понятие имущественного (материального) вреда представляется равнозначным понятию ущерба.

В деликтных обязательствах под вредом понимаются негативные имущественные или неимущественные последствия повреждения или уничтожения имущества, а также причинения увечья или смерти лицу. Вред может быть причинен личности или имуществу гражданина, а также имуществу юридического лица (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Глава 59 ГК РФ не содержит термина «убытки». Лишь ст. 1082 ГК РФ, указывая на возможность денежного возмещения вреда, отсылает к общей норме об убытках — п. 2 ст. 15 ГК РФ. Таким образом, возмещение убытков в данном случае выступает одним из способов возмещения вреда.

Прямые убытки

Этот термин означает убытки, причиненные непосредственно неправомерным поведением контрагента, в отличие от косвенных, которые непосредственно с таким поведением могут быть не связаны и обуславливаются, в том числе, действиями третьих лиц (см. постановление АС ЦО от 22.02.2017 № Ф10-251/2017).

Гражданский кодекс использует для классификации убытков две их разновидности – реальный ущерб и упущенную выгоду.

Поэтому целесообразно включать в договоры условия об ответственности, используя предусмотренную законом терминологию.

Обоснование данной позиции приведено ниже в материалах «Системы Юрист».

Рекомендация: Как получить компенсацию убытков, возникших из-за неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательств

«Доказывание факта причинения убытков

Чтобы получить от контрагента компенсацию убытков, нужно сначала доказать, что эти убытки имели место. Возмещение убытков – разновидность гражданско-правовой ответственности. Следовательно, чтобы возникло право на компенсацию убытков, необходимо наличие всех условий, при которых наступает гражданско-правовая ответственность:*

1. Противоправное поведение контрагента

Убытки не могут быть причинены правомерными действиями контрагента. Так, если контрагент воспользовался своим правом на односторонний отказ от исполнения договора, то это не может служить основанием для взыскания с него каких-либо убытков, даже если в результате расторжения договора другая сторона понесла какие-либо имущественные потери. А вот если договор или закон запрещает односторонний отказ, в такой ситуации появляются основания требовать возмещения убытков. Другой пример: если должник по денежному обязательству добросовестно вовремя погашает свой долг перед кредитором, то это не может причинить последнему убытки. Поэтому если стороны договорились об отсрочке платежа и покупатель перечисляет деньги в соответствии с договором, то продавец не может заявить, что эта отсрочка причинила ему убытки. Но если должник нарушил условия договора и погасил свой долг перед контрагентом не вовремя, это может повлечь за собой возникновение убытков.

Следовательно, противоправное поведение контрагента может быть выражено:

  • в неисполнении им условий обязательства (например, не перечислил сумму долга);
  • в ненадлежащем исполнении условий обязательства (например, не вовремя перечислил сумму долга).

Противоправное поведение контрагента может выражаться в различных формах: неуплата денежных средств, повреждение или присвоение чужого имущества, непередача оплаченного товара, самовольное распоряжение чужим имуществом и т. д.

При этом кредитору необходимо обратить особое внимание на фиксацию факта противоправного поведения контрагента. Например, если покупатель не перечислил денежные средства по договору, подтвердить факт неисполнения условий контракта можно с помощью выписки по расчетному счету, полученной в банке кредитора.

Если убытки причинены повреждением чужого имущества, то нужно будет зафиксировать, во-первых, первоначальное состояние имущества, а во-вторых, ненадлежащее состояние имущества после причинения ему ущерба. Подробнее об этом см. Как взыскать с арендатора убытки, вызванные ненадлежащим использованием арендованной недвижимости.

2. Причинение вреда кредитору противоправными действиями контрагента

Одного лишь противоправного поведения не достаточно для возникновения убытков у кредитора. Для этого необходимо, чтобы данным противоправным поведением был причинен вред. Иными словами, у кредитора должны возникнуть неблагоприятные имущественные последствия из-за противоправного поведения должника.

Например, если должник просрочил на три дня оплату долга в 3 тыс. руб. контрагенту, годовой оборот которого исчисляется в десятках миллионов рублей, то это, скорее всего, не повлечет возникновение убытков у кредитора.

Если же организация задолжала своему кредитору несколько миллионов рублей, из-за чего последний не смог приобрести очередную партию товаров для последующего использования в предпринимательской деятельности, и из-за этого последняя на время была приостановлена, то причинение вреда кредитору налицо.

Сложность в том, что на практике может возникнуть множество ситуаций, в которых вывод о наличии или отсутствии вреда не столь очевиден.

При этом нужно учитывать, что вред, причиненный противоправным поведением должника, может быть различного характера (п. 2 ст. 15 ГК РФ):

‒ реальный ущерб – утрата или повреждение имущества, а также расходы, которые необходимо произвести для восстановления нарушенного права;

Нужно иметь в виду, что если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то по общему правилу расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью. При этом не будет иметь значения тот факт, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Однако суд может уменьшить размер подлежащего выплате возмещения, если ответчик докажет или из обстоятельств дела будет вытекать, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Кроме того, нужно учитывать, что уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда будет считаться реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Такие разъяснения содержатся в пункте 13 постановления Пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума Верховного суда РФ № 25).

‒ упущенная выгода – неполученные доходы, которые лицо получило бы в обычных условиях при отсутствии нарушения его прав.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, нужно принимать во внимание, что ее расчет, который представляет истец, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Такие разъяснения содержатся в пункте 14 постановления Пленума Верховного суда РФ № 25.

Чтобы доказать причинение должником вреда, кредитору достаточно доказать любой из перечисленных видов убытков. При этом кредитору нужно указать размер убытков, которые были ему причинены противоправными действиями должника и которые кредитор просит с должника взыскать.

В отдельных случаях подсчитать точный размер причиненных убытков крайне затруднительно либо вообще не представляется возможным. В таком случае размер возмещаемых убытков суд должен установить с разумной степенью достоверности. При этом суд не может отказать в иске о взыскании убытков лишь по той причине, что истец не доказал точный размер причиненных ему убытков либо их размер не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае суд определяет размер убытков с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Такие правила установлены в пункте 5 статьи 393 Гражданского кодекса РФ и в абзаце 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного суда РФ № 25. Ранее аналогичная правовая позиция была изложена в постановлении Президиума ВАС РФ от 6 сентября 2011 г. № 2929/11.

3. Причинно-следственная связь между противоправным поведением должника и причинением вреда кредитору

Чтобы взыскать с нерадивого должника компенсацию убытков, нужно доказать, что эти убытки возникли именно из-за неисполнения или ненадлежащего исполнения им условий заключенного договора.

Ведь если между убытками кредитора и противоправным поведением должника нет причинной связи, то оснований для взыскания убытков с должника не имеется.

В одних случаях причинная связь очевидна. Например, несогласованная с арендодателем перепланировка помещения неизбежно ведет к возникновению у последнего убытков, связанных с необходимостью привести помещение в первоначальное состояние. В этом случае арендодателю остается только доказать, что он понес соответствующие расходы на приведение объекта аренды в первоначальное состояние».

Косвенные убытки.

Косвенные убытки — это убытки, которые возникают вследствие нарушения договора продавцом и включают любые потери, возникшие из-за обычных или особых потребностей и нужд, относительно которых есть основания полагать, что продавец знал о них в момент заключения договора и которых нельзя было разумно избежать путем покупки заменяющих товаров у других лиц или иным способом.

Критерием выделения косвенных убытков по англо-американскому праву служат их предвидимость сторонами в момент заключения договора. В других законодательствах (например, в Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров) критерий предвидимости может использоваться для определения общих принципов ответственности должника, нарушившего обязательство.

Рассмотреть эту проблему предвидимости ущерба можно с помощью знаменитого английского судебного дела «Хэдли против Бэксендейла» (1854), в котором был установлен принцип, что чрезмерное доверие кредитора невозможно предвидеть, и поэтому оно не подлежит компенсации.

Хэдли был владельцем мукомольной мельницы в Глостере, у него сломался главный вал мельницы, и он обратился в компанию, где работал Бак- сендейл, для транспортировки этого вала в город Гринвич, где инженеры должны были использовать его как образец для нового вала. Перевозчик по небрежности задержал транспортировку поврежденного вала в Гринвич, а запасного вала на мельнице Хэдли не было.

Все время до получения нового вала мельница не работала, и Хэдли подал иск о нарушении договора и потребовал возмещения убытков в размере, равном его доходам, потерянным за то время, пока мельница оставалась закрытой в ожидании нового вала, который поступил с запозданием из-за задержки с транспортировкой поврежденного вала в Гринвич. Ответчик заявил, что размер возмещения (если здесь вообще было нарушение договора) должен быть гораздо меньше. Перевозчик предполагал, что Хэдли, как и большинство владельцев мельниц, имел запасной вал. Перевозчик заявил, что Хэдли не предупредил его о срочной необходимости отремонтировать вал.

Дело было решено в пользу ответчика, и с тех пор в общем праве действует принцип, в соответствии с которым размер компенсации за нарушение договора ограничивается теми убытками, которые можно предвидеть (;foreseeability doctrine). Таким образом, кредитор, который несет непредвиденные потери, должен информировать должника заранее, чтобы иметь возможность получить полное возмещение убытков. С экономической точки зрения это означает, что Хэдли не было позволено использовать перевозчика как поставщика страховки без согласия последнего.

Аналогичные стимулы создает и действующее в германском праве правило о том, что размер возмещения убытков, на которое может претендовать потерпевшая сторона, уменьшается, если та не предупредила своего партнера по договору об опасности необычно высоких потерь, о которой он не знал и не мог знать. Тем самым ответственность партнера но договору фактически уменьшается до потерь, которые можно предвидеть, что оказывается эффективным, как будет показано ниже.

При заключении подобных договоров появляется опасность возникновения двух видов оппортунистического поведения. Если перевозчик не обязан компенсировать все потери грузоотправителя, возникшие в результате ненадлежащей поставки, то он не будет принимать меры предосторожности на оптимальном уровне, т.е. проявится моральный риск с его стороны. Если же он должен компенсировать все потери, то появляется опасность неблагоприятного отбора.

Предположим, что перевозчик сталкивается с двумя типами клиентов: для одних потери вследствие ненадлежащей поставки будут высокими, для других — низкими. Перевозчику не известно, к какому типу грузоотправителя относится его клиент, но ему известна доля каждого типа в общем количестве клиентов. Грузоотправитель знает свой тип, и обе стороны нейтральны к риску.

Оптимальный договор с грузоотправителем с высокими потерями потребует от перевозчика значительных мер предосторожности против нарушения договора, а оптимальный договор с грузоотправителем с низкими потерями потребует незначительных мер предосторожности. Предположим, что действует правило неограниченной ответственности перевозчика, при которой он должен компенсировать все потери грузоотправителя (полное возмещение ожиданий).

Если перевозчик обладает полной информацией о типе грузоотправителя, то он установит для каждого типа свою цену и будет принимать оптимальные меры предосторожности. Например, перевозчик знает, что из-за плохого состояния дорог и ненастной погоды существует 10%-ный риск, что доставка вала задержится на три дня, если он не примет дополнительных мер к исполнению договора, например, не увеличит вдвое количество лошадей, затратив на эти цели 200 фунтов стерлингов. Если грузоотправитель ежедневно теряет из-за задержки с доставкой вала 1000 фунтов стерлингов, то будет целесообразным принятие перевозчиком дополнительных мер, необходимых для исполнения договора, но за это перевозчик потребует дополнительную плату, поскольку эти меры весьма дорогостоящие.

Однако если информация, которой он располагает, неполная, то перевозчик будет принимать меры предосторожности на среднем уровне и назначит среднюю цену. При этом возможны следующие неблагоприятные последствия:

  • • перевозчик будет принимать меры предосторожности ниже оптимальных, осуществляя транспортировку груза по договору с грузоотправителем с высокими потерями;
  • • сократится число грузоотправителей с низкими потерями, так как цена установится на среднем уровне и им придется платить за ненужные им меры предосторожности. В результате они уйдут с рынка; число же договоров, заключенных с грузоотправителями с высокими потерями, будет слишком велико, поскольку их цена будет субсидироваться грузоотправителями с низкими потерями, которые останутся на рынке.

Принцип предвидимости ущерба (правило Хэдли) позволяет предотвратить оба вида неблагоприятных последствий. Если действует правило неограниченной ответственности, то у грузоотправителей с высокими затратами нет стимулов к тому, чтобы раскрывать информацию, поскольку в любом случае ему будут компенсированы все потери и для него безразлично, исполнит ли должник договор или нарушит его. Перевозчик же не может принимать меры предосторожности на оптимальном уровне, поскольку грузоотправитель не раскрывает перед ним информацию о своих потерях.

При правиле Хэдли грузоотправитель с высокими потерями получает недостаточное возмещение убытков, если он не раскрывает информацию о том, к какому типу он относится, поскольку размер возмещения будет установлен на среднем уровне. Чтобы обеспечить адекватное своим потерям возмещение в случае нарушения перевозчиком договора, грузоотправитель раскроет информацию о размере потерь, которые он понесет вследствие неисполнения договора. Теперь, будучи информированным о значительных потерях в случае неисполнения договора, перевозчик несет ответственность за высокие потери в случае нарушения договора, поэтому, чтобы ограничить ожидаемую ответственность, он будет инвестировать в меры предосторожности до тех пор, пока их предельные издержки не сравняются с предельными выгодами от того, что удалось избежать выплаты возмещения. Таким образом, перевозчик инвестирует в меры предосторожности на оптимальном уровне.

При правиле Хэдли также будет заключено оптимальное количество договоров с грузоотправителями с низкими потерями. Перевозчик сможет различать грузоотправителей с низкими потерями, назначать им более низкую цену и, соответственно, принимать для них менее значительные меры предосторожности. Таким образом, правило Хэдли позволяет предотвратить оба вида неблагоприятных последствий.

Однако необходимо иметь в виду, что это правило диспозитивно, т.е. предоставляет сторонам возможность самим решать вопрос об объеме и характере своих прав и обязанностей. Предписание, содержащееся в них, вступает в действие при отсутствии такой договоренности. При правиле неограниченной ответственности грузоотправители с низкими потерями могут сами заявить о себе, заключив соответствующий договор. Таким образом, если действует правило Хэдли (ограниченная ответственность перевозчика), то стимулы к раскрытию информации и заключению соответствующих договоров имеются у грузоотправителей с высокими потерями, а в отсутствие этого правила (неограниченная ответственность перевозчика) стимулы к раскрытию информации и заключению соответствующих договоров возникают у грузоотправителя с низкими потерями.

Поэтому относительная привлекательность правил зависит от того, какую долю составляет каждый тип грузоотправителя в общем их числе, поскольку каждое правило позволяет экономить трансакционные издержки заключения договоров лишь с одним типом грузоотправителей. При правиле Хэдли экономятся трансакционные издержки заключения договоров с грузоотправителями с низкими потерями, а при полной компенсации ожиданий — трансакционные издержки заключения договоров с грузоотправителями с высокими потерями. Соответственно, правило Хэдли более эффективно, если грузоотправители с высокими потерями составляют меньшую часть от общего числа грузоотправителей.

Правило Хэдли обладает сравнительным преимуществом также в том случае, если члены группы с низкими рисками не могут правильно оценить свой собственный риск относительно группы с высокими рисками. Поэтому для группы с высокими рисками с помощью правила Хэдли создается стимул к тому, чтобы до заключения договора раскрывать информацию о своем риске.

  • Hadley V. Baxendale, EWHC J. 70 (1854).
  • Schafer II.-B. Lehrbuch der Okonomischen Analyse des Zivilrechtes. S. 435.
  • У грузоотправителей с высокими потерями появляются также стимулы к принятиюмер для уменьшения размера потерь. Предположим, что владелец мельницы мог взятьнапрокат вал для мельницы, затратив на это 50 фунтов стерлингов в день. В этом случае онмог бы с меньшими издержками, чем перевозчик, избежать потерь, возникающих вследствиепростоя мельницы, и ему не пришлось бы оплачивать дополнительные меры предосторожности, которые будет принимать перевозчик для своевременного исполнения договора.
  • Обзор литературы по этому вопросу содержится в: Posner Е. Contract Remedies:Foreseeability, Precaution, Causation and Mitigation // Encyclopedia of Law and Economics :of 5 vol. Volume III: The Regulation of Contracts. Cheltenham : Edward Elgar, 2000.

Косвенные убытки

Я, скорее всего, своим постом не открою Америку для многих. Но всё равно напишу его, ибо в какой-то степени Америка открылась для меня.

В связи с одним договором пришлось тут разбираться с понятиями прямых и косвенных убытков, а также еще и с т.н. предвиденными убытками. Со студенческой скамьи четко уяснила себе, что убытки делятся на реальный ущерб и на упущенную выгоду. Но вот с прямыми и косвенными убытками, да еще и с предвиденными убытками память меня подвела.

Почитала судебную практику и комментарии и пришла к следующим выводам.

Существует объективная необходимость оградить возможность взыскания с лица, совершившего гражданское правонарушение, всех-всех-всех убытков, которые так или иначе возникли в результате его правонарушения. Тут я вспомнила фильм «Эффект бабочки,» которые наглядно показывает, какие последствия могут наступить в будущем из-за малейшего уклонения от намеченного плана в настоящем. Так вот, с правонарушением так же. Из-за определенного правонарушения в настоящем могут возникнуть коллосальные убытки в будущем, взыскивать которые с правонарушителя, наверное, будет несправедливым.

Чтобы оградить возможность взыскания всех убытков и были задуманы концепции прямых/косвенных убытков и предвиденных убытков. Замечу, что это две разные концепции, но они служат одной и той же цели — чтобы на правонарушителя не вешали, так сказать, «всех собак.»

Сначала про прямые и косвенные убытки. Тут всё просто. Если правонарушение является непосредственной и исключительной причиной убытка, то перед нами прямой убыток. И он взыскивается с правонарушителя. А если наряду с правонарушением убыток вызвали и иные обстоятельства, то перед нами косвенный убыток. И он не взыскивается с правонарушителя. Таким образом, деление убытков на прямые и косвенные — это ни что иное как характеристика причинно-следственной связи между фактом правонарушения и наличием убытков. Эта связь должна быть непосредственной и исключительной, чтобы потерпевшая сторона могла расчитывать на возмещение убытков.

Теперь про предвиденные убытки. Основной документ, в котором они упоминаются, — это Венская конвенция о международной купле-продаже товаров. Там говорится, что взыскать можно только те убытки, которые нарушившая сторона предвидела или должна была предвидеть на момент заключения договора. Таким образом, чтобы не взыскивать с правонарушителя всё-всё-всё, концепция предвиденных убытков предлагает учитывать субъективное знание правонарушителя о негативных последствиях в результате нарушения им договора. Если знал (или должен был знать), то взыскиваем. Если не знал (и не должен был знать), то не взыскиваем.

В российском праве концепция предвиденных убытков пока не применяется. Но в юридической литературе есть мнения, что ее желательно ввести. Только вот интересно, как она тогда будет соотносится с концепцией прямых и косвенных убытков …

Кстати, есть замечательная работа моего уже бывшего коллеги Всеволода Владимировича Байбака про предвиденные убытки. Она называется «Предвиденность убытков как критерий ограничения ответственности за нарушение договора.» Там очень всё понятно и толково. Если кто интересуется этой проблематикой, советую почитать.

Пока всё ))) Всем хорошего и продуктивного дня!

Господа!
Очень рад такой активности. Большое спасибо.
Теперь по порядку.
Значение этот вопрос может иметь огромное. В договоре ответственность ограничена возможностью взыскания только прямых убытков. Думаю дальше объяснять не надо?
Классификация отсутствует в российском праве. Но активно используется за рубежом.
К сожалению Гриша не совсем прав. Как я выяснил, упущенная выгода, как правило упоминается среди косвенных убытков. Хотя, если быть до конца честным, есть несколько прецедентов в американском праве, когда упущенная выгода (Loss of profit) считалась прямым убытком.
Вот что мне удалось выяснить, после того как отправил запрос.
Основной отличительной чертой является то, что возникновение прямых убытков вследствие нарушения неотвратимо и предсказуемо (ДТП — ранение — расходы на лечение). Есть также мнение, что к прямым убыткам будет отнесено выраженное в договоре намерение сторон о квалификации определенных убытков как появляющихся вследствие к-л определенного нарушения договора.
Всем еще раз большое спасибо за участие.

Прямые и косвенные убытки

Наряду с делением убытков на реальный ущерб и упущенную выгоду в отечественной доктрине, существует также деление убытков на прямые и косвенные.

Первая классификация осуществляется по экономическому признаку — к рассмотрению убытков подходят с учетом характера тех утрат потерпевшего, которые оказались результатом нарушения договора: если утрачено наличное имущество, то перед нами одна, разновидность убытка (реальный ущерб); если же утрачена возможность извлечь определенные экономические выгоды в будущем, то перед нами другая его разновидность (упущенная выгода).

Разграничение убытка на прямой и косвенный производится по иному (неэкономическому) признаку — оно имеет место в тех случаях, когда к рассмотрению имущественного ущерба подходят с точки зрения тех причин, которые вызвали этот ущерб, породили его: если вред имуществу причинен непосредственно и исключительно действием, составляющим правонарушение, то налицо прямые убытки; если убытки создаются не только правонарушительным действием, но и другими сопутствующими обстоятельствами, то мы имеем косвенные убытки.

Косвенные убытки не являются той категорией убытков, которые подлежат возмещению в соответствии со ст. 15 ГК РФ, российское законодательство обязывает виновника к возмещению только прямых убытков.

Косвенные убытки без прямых убытков не существуют. Возмещение прямых убытков, являющихся следствием установления «непосредственно — неизбежной причинной связи» с фактом нарушения обязательства (причинения вреда), включает в себя как возмещение реального ущерба, так и упущенной выгоды. Наличие данной причинной связи доказывается лицом, требующим возмещения ему причиненных убытков.

Гражданский кодекс в виде общего правила устанавливает запрет на всякие соглашения об ограничении в осуществлении гражданских прав, в том числе по защите нарушенных прав. Отказ юридических лиц и граждан от использования указанных прав не влечет за собой правовых последствий.

Пример. Многие предприниматели, договор, в разделе «Ответственность сторон» записывают примерно следующее: «В случае возникновения вытекающих из договора, ни одна из его сторон не обращается в арбитражный суд, а возникший конфликт разрешается путем переговоров».

Полагаем, что такой договор следует считать ничтожным, ибо отказ от судебной защиты не действителен, что вытекает из ст. 9 ГК РФ. Однако дело не только в невозможности отказа от судебной защиты, а этих ситуациях. Налоговые органы придерживаются следующей позиции: Если Поставщик по договору поставки нe взыскал с виновного Получателя товара явные штрафные санкции, то такой Поставщик лишил государство возможности получить налог. Следовательно, недополученный таким образом доход — сокрытие Поставщиком налогооблагаемой базы.

Добавить комментарий